Статья 264 УК РФ_Оправдательный приговор_3

Представленные стороной обвинения доказательства не свидетельствуют о виновности Б. Д.А. в инкриминируемом ему нарушении п.п.1.5, 2.3.1, 7.2, 12.1 Правил дорожного движения РФ, повлекших по неосторожности смерть Д.В.

Мой комментарий к статье 264 УК РФ читайте ЗДЕСЬ

П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации

«21» октября 2010 года п. Зимовники

Судья Зимовниковского районного суда Ростовской области Бондарев А.Г.,

при секретаре Бубликовой Н.А.,

с участием:

государственного обвинителя — помощника прокурора Зимовниковского района Ростовской области Проскурякова В.В.,

защитника подсудимого — адвоката Адвокатской палаты Ростовской области Нестерова Н.С., представившего удостоверение №2969 и ордер №43,

подсудимого Беспалова Д.А.,

представителя потерпевшей Н.В.А., по доверенности,

представителя потерпевшей, адвоката <адрес> коллегии адвокатов «Южный регион» С.Е.А., представившей удостоверение № и ордер №,

в открытом судебном заседании, рассмотрев уголовное дело №1-134/10 в отношении:

Беспалова Дмитрия Александровича, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <адрес>, <данные изъяты>», зарегистрированного и проживающего по адресу: <адрес>, не судимого,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст.264 УК РФ, суд

УСТАНОВИЛ:

Беспалов Дмитрий Александрович обвинялся в том, что он ДД.ММ.ГГГГ, управляя автомашиной «<данные изъяты>», регистрационный номер <данные изъяты> регион, с прицепом <данные изъяты>, двигаясь в сторону <адрес>, примерно в <данные изъяты> час, остановился на своей полосе движения проезжей части участка автодороги «<данные изъяты>» <данные изъяты> метров, расположенном в <адрес>, на котором ширина обочины справа составляет 3,5 метра, при этом не выставив знака аварийной остановки и не включив аварийную световую сигнализацию, то есть нарушил требования пунктов 1.5, 2.3.1, 7,2, 12.1 ПДД РФ. В это же время в попутном направлении двигалась автомашина «<данные изъяты>» регистрационный номер <данные изъяты> регион, с прицепом регистрационный номер <данные изъяты> регион, под управлением Д.В., после чего на правой полосе движения произошло столкновение указанных автомашин. В результате ДТП, водителю автомашины «<данные изъяты>» регистрационный номер <данные изъяты> регион Д.В. причинены телесные повреждения, от которых наступила его смерть на месте происшествия, а именно: сочетанная тупая травма головы и туловища с грубыми повреждениями жизненно важных органов (костей черепа и головного мозга, легких, печени, селезенки, поджелудочной железы, почек, желудка, отделов кишечника и его брыжейки), которые возникли от воздействия твердого тупого предмета, повлекли за собой тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, находятся в прямой причинной связи со смертью. Кроме этого Д.В. причинены телесные повреждения в виде: множественных двусторонних переломов ребер, грудины, поясничного перелома позвоночника, костей таза, переломо-вывиха правого лучезапястного сустава, разрывов куполов диафрагмы; множественных поверхностных продольных резаных ран лица, туловища, конечностей; рваных ран в области правой голени, первого пальца правой стопы; множественных ссадин на тыльной поверхности кистей, передней поверхности туловища, задней поверхности предплечий, передней поверхности бедер и голени.

Как водитель транспортного средства, Беспалов Д.А. нарушил следующие требования Правил дорожного движения РФ:

— пункт 1.5 ПДД РФ: «участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда».

— пункт 2.3.1 ПДД РФ — «перед выездом водитель транспортного средства обязан проверить и в пути обеспечить исправное техническое состояние транспортного средства. Запрещается движение при негорящих фарах и задних габаритных огнях в темное время суток».

— пункт 7.2 ПДД РФ: «при остановке транспортного средства и включении аварийной световой сигнализации, а также при ее неисправности или отсутствии знак аварийной остановки должен быть незамедлительно выставлен при дорожно-транспортном происшествии, при вынужденной остановке в местах, где она запрещена и там, где с учетом условий видимости транспортное средство не может быть своевременно замечено другими водителями. Этот знак устанавливается на расстоянии, не менее 30 метров вне населенного пункта».

— пункт 12.1 ПДД РФ: «остановка и стоянка транспортных средств разрешаются на правой стороне дороги на обочине, а при ее отсутствии — на проезжей части у ее края».

Допущенные Беспаловым Д.А. нарушения требований ПДД РФ находятся прямой причинной связи с произошедшим ДТП.

В указанной дорожной ситуации, от действий водителя Беспалова Д.А. требовалось не предотвращать, а предупреждать данное ДТП, путем своевременного выполнения им требований пунктов 1.5, 2.3.1, 7.2, и 12.1 ПДД РФ.

Действия Беспалова Д.А. органом предварительного следствием квалифицированы по ч. 2 ст. 264 УК РФ — нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека (в редакции Федеральных законов от 25.06.1998 г. №92-ФЗ; от 08.12.2003 г. №162-ФЗ).

В ходе судебного разбирательства судом было установлено, что обвинение предъявленное Беспалову Д.А., представленными стороной обвинения и изученными в судебном заседании доказательствами, не нашло своего подтверждения, по следующим основаниям:

В судебном заседании подсудимый Беспалов Д.А. свою вину в совершении инкриминируемого ему деяния не признал. Суду показал следующее: Стаж работы у него водителем на тягачах с 2001 года. По устной договорённости с Б.М.В. он работал водителем на автомобиле <данные изъяты>, принадлежащем брату Б.М.В. Указанный автомобиль <данные изъяты> он должен был подготовить для перевозки зерна и устранить неисправности. Б.М.В. прошёл на этом автомобиле <данные изъяты> технический осмотр, сказал, что двигатель на ходу. ДД.ММ.ГГГГ Н. предложил ему привезти плиты из <адрес> в <адрес>. Поездку он согласовал с Б.М.В.. Договорённость была устной. Оплату за доставку груза заказчик (Н.) должен был производить Б.М.В., который в свою очередь должен был заплатить процент за выполнение рейса. ДД.ММ.ГГГГ на указанном автомобиле <данные изъяты> он поехал в <адрес> за грузом. После погрузки 20 канальных бетонных плит в кузов автомобиля он выехал в <адрес>. Плиты были стандартного размера и помещались в кузов, борта которого были увеличены деревянными нашивками для перевозки зерна высотой около 2-х метров. Перед поездкой он проверял габариты, стопы, повороты. Габаритные огни у него горели, иначе он не смог бы проехать <адрес> поста ГАИ, там знак «стоп» на котором останавливаешься и затем едешь. После того, как он проехал <адрес>, перед поворотом на трассу в сторону <адрес> он остановился и проверил техническое состояние <данные изъяты>. Всё было в порядке. На улице уже было темно и когда он ехал, его обгоняли различные автомобили. Когда он подъезжал к <адрес> сзади его стал слепить дальний свет фар. Он сам ехал на дальнем свете фар со скоростью 20-30 км/ч, так как на подъезде к <адрес> подъём, <данные изъяты> быстрее ехать не мог, не тянул двигатель. Затем он почувствовал удар, не понял что случилось, после чего не помнит как оказался на улице. Стал смотреть что случилось, был сильный пар и дым, шипение. От удара оторвало бак, опасаясь что <данные изъяты> загорится, он откинул кабину, открыв запорное устройство. Ограничительный штопор не держал, или был оторван и поэтому кабина упала на бампер и раздавила фары. Ночью ничего видно не было. Никого не было, чтобы сообщить на пост ГАИ о случившемся. Примерно через 10-15 минут со стороны <адрес> ехал автомобиль, который он остановил и попросил вернуться в <адрес> на пост сообщить о произошедшем ДТП. После приезда сотрудников ГАИ его опросили, отвезли на освидетельствование, которое показало, что он трезв. Затем он оставался на месте ДТП до утра. В момент дорожно-транспортного происшествия встречных машин не было. Во время удара торможение он не осуществлял, так как от удара переломилась коробка и автомобиль сам остановился. Так как он был растерян, то при осмотре следователем места ДТП не смотрел горели лампочки габаритных огней, или нет. Когда выезжал габаритные огни горели. На <данные изъяты> на задних плафонах установлено 4 лампочки — 2 габарита, 1 стоп, 1 поворот. При погрузке ему дали накладную на груз — было 20 плит. Вес указан не был и поэтому тогда он не знал, был ли перегруз. Полуприцеп рассчитан на 17-18 тонн. Н. ему сказал, что плита весит 800 кг. Если 1 плита весит 1 100 кг., то перегруз небольшой и не связан с ДТП. На месте ДТП автомобиль <данные изъяты> и <данные изъяты> в ходе осмотра хотели растащить, но ничего не получилось. Вызвали кран, который разгрузил <данные изъяты>, сложив плиты на обочине, после чего <данные изъяты> оттащили от автомобиля <данные изъяты>

В ходе судебного разбирательства, были допрошены потерпевшая, свидетели обвинения, эксперты, которые суду показали:

— потерпевшая Д.Н.В. о том, что погибший в результате дорожно-транспортного происшествия Д.В.. её супруг. ДД.ММ.ГГГГ около 5.00-6.00 часов ей позвонил родственник уточнил какой автомашиной управлял её муж, она ответила, что автомашиной марки «<данные изъяты>», после чего он сообщил что муж разбился. Она сразу позвонила мужу на сотовый телефон, ответил работник милиции, который пояснил, что её муж погиб, из-за того, что перевернулась автомашина. Она стала объяснять, что такие автомашины не переворачиваются, а ложатся на бок, после чего ей сказали, чтобы она приезжала и сама всё увидела. Она вместе с отцом, матерью, сестрой и её мужем поехали к месту аварии. На посту ГАИ она увидела кабину от автомашины «<данные изъяты>», и неподалеку автоприцеп, на котором был повреждён и разорван левый борт. К кабине её не подпустили. Когда делали осмотр кабины, она не присутствовала. Машины с которой произошло столкновение не было. На её вопросы, что произошло, никто ничего не мог пояснить. На месте ДТП уже машин не было, остались только пятна разлитой солярки и всякие осколки.

— свидетель Н.В.А. суду показал, что погибший является ему зятем. ДД.ММ.ГГГГ около 06.00 часов его дочь Д.Н.В. по телефону сообщила ему о случившемся ДТП. Он вместе с родственниками поехал к посту ГИБДД. Когда приехал на место ДТП в 10 часов 20 минут, то увидел, что следы от ДТП остались. На автоприцепе был повреждён угол, тент сорван, рядом находился <данные изъяты>, без бортов. Когда он подошел к тенту фуры, его остановил мужчина, пояснил, что все вопросы к следователю. Они пошли к посту ГИБДД, сотрудник ГИБДД повёл их показать, что случилось с автомашиной. Вся кабина была в земле, работник ГИБДД ничего пояснить не мог, схему ДТП им не показали, сославшись на то, что она находиться у следователя. На прицепе левый передний угол и средняя часть борта была вогнутыми. Причину возгорания автомашины «<данные изъяты>» им не объяснили. Д.В.. работал на «<данные изъяты>», на котором был установлен тахометр, к которому была коробка с чистыми и записанными дисками. На фотографиях он видел тахометр, а впоследствии ему пояснили, что тахограф был разбит, хотя он считает, что это не правда. Когда милиция осматривала кабину <данные изъяты> его никто не уведомил, коробку тахографа с записанными дисками не нашли. Схему ДТП ему не показывали под любым предлогом. Следователь И.В.А. говорил, что Д.Н.В. заснул, габариты горели. Схему ДТП ему предоставили только ДД.ММ.ГГГГ. Он сделал вывод от увиденного, что автомобиль <данные изъяты> стоял, а не двигался, как поясняет водитель. Не был выставлен знак аварийной остановки. Разрешения на перевозку плит у водителя не было. Плиты были не закреплённые, на 1 метр свисали назад. Если бы плиты были закреплены должным образом, плиты бы не сдвинулись от удара и не попали в кабину <данные изъяты> и Д.Н.В. остался бы жив. Всё это ему известно, так как он сам является профессиональным водителем. Он не согласен с заключением эксперта автотехника, в том, что перегруз автомашины не является причиной ДТП. Беспалов если двигался со скоростью менее 30 км/ч был обязан включить аварийную сигнализацию. У Д.В. водительский стаж с категорией «Е» был с 1997 года, он открывал его повторно. Ему известно, что 01 октября около 20.00 часов Д.Н.В. выехал из <адрес>. Пост на <адрес> он проехал в 00 часов 11 минут, его там фиксировали и через 84 км. произошла авария. Считает, что Д.Н.В. не мог заснуть за рулём, так как у него для сна было достаточно времени и уснуть невозможно, так как дорога имеет проседания то левой, то правой стороны. На фотографиях с места ДТП, которые им показал следователь, указатели габаритов автомобиля <данные изъяты> не горели, там отображались катафоты.

— свидетель Д.Д. суду показал,что он работает старшим смены <данные изъяты>.Около 2-х лет назад, точно он не помнит, он находился на посту в <адрес>. К ним подъехал какой-то водитель, который ехал в сторону <адрес>, затем вернулся обратно и сообщил, что примерно в 5-ти км. произошло ДТП. Он выехал на место ДТП. На месте водитель <данные изъяты> пояснил, что в него врезалась фура. Что пояснил водитель о том, двигался <данные изъяты> или стоял в момент ДТП, он уже не помнит. Он вызвал второго сотрудника с поста, позвонил в МЧС, скорую помощь, водитель фуры был придавлен плитами. <данные изъяты> стоял по ходу движения на своей полосе, и <данные изъяты> стоял так же. Большая часть удара <данные изъяты> пришлась посередине. <данные изъяты> перевозил плиты, а <данные изъяты> перевозил бытовую технику. Обтекатель с <данные изъяты> остался на плитах, остальная кабина была срезана плитой. Водитель <данные изъяты> был придавлен всеми плитами полностью. Горели или нет габаритные огни, он не помнит. В кабины машин он не залазил, кабина <данные изъяты> была открыта. Когда он находился на месте ДТП, водитель <данные изъяты> ничего в автомобиле не делал, все ждали приезда следователя. Погодные условия были нормальные, трасса сухая, ровная, без уклонов. При осмотре он не присутствовал, уехал, когда приехали все службы. <данные изъяты> был полуприцеп, перевозил тонкие канальные плиты около 20 шт.. Какой был уровень плит по отношению к борту — выше или ниже, он не помнит.

— свидетель Б.В. суду показал, что в октябре 2008 года он работал в качестве внештатного сотрудника <адрес>. Около <данные изъяты> минут поступило сообщение, что примерно в 4-х км. в сторону <адрес> произошло ДТП в районе <адрес>. Он совместно с инспектором Д.Д. выехали на место ДТП. Дорожное покрытие было сухое, в ночное время темно, на месте аварии автомашины стояли по ходу движения на дороге, кабина <данные изъяты> открыта, сзади стоял <данные изъяты> по ходу движения в сторону <адрес>. Автомобиль <данные изъяты> находился строго на своей полосе движения, также и <данные изъяты> находился на проезжей части не под углом. Водитель <данные изъяты> толком ничего не объяснял, пояснял, что ехал тихо, груз большой,услышал удар и всё. Как что было, не знает. Видимых повреждений у водителя <данные изъяты> не было. Горели ли габариты и аварийная сигнализация он не знает, кажется было какое-то освещение, точно не помнит. Знака аварийной остановки не было на проезжей части. Следов торможения он не видел, на дорожном покрытии под машиной <данные изъяты> был след выбоины от удара какой-то металлической частью полуприцепа. Аккумуляторы с <данные изъяты> находились на проезжей части. У <данные изъяты> была открыта кабина. На бортах <данные изъяты> были деревянные нашивки, высоту которых он не помнит. Верхняя часть плит зашла через стекло в кабину <данные изъяты> до задней стенки. Плиты были плоские канальные 6х1,5 м.. Сколько плит вошло в кабину <данные изъяты> он не знает. Он помогал охранять место ДТП, были пожарная часть, Министерство по чрезвычайным ситуациям, дорожно-ремонтное строительное управление. Когда приехала следственно-оперативная группа и кто входил в её состав он не помнит.

— свидетель Я.М. суду показал: в <данные изъяты> года, он проезжал по трассе <адрес>. В районе <адрес>, где произошло ДТП его остановили сотрудники ГИБДД о попросили поучаствовать в качестве понятого. Он увидел, что в попутном направлении столкнулись <данные изъяты> с полуприцепом и <данные изъяты>. <данные изъяты> и <данные изъяты> стояли по ходу движения, на разделительную полосу не вышли. У <данные изъяты> была повреждена кабина и прицеп, тормозной путь он не видел, так как было темно. Кабина <данные изъяты> была откинута. Водителя <данные изъяты> он видел, тот толком ничего не пояснял, его допрашивали. Горели или нет, габариты на <данные изъяты>, он не обратил внимания. Сотрудники <данные изъяты> начали растягивать транспортные средства, потом сняли несколько плит, так как сразу растянуть не получилось. Кто был в качестве второго понятого он не помнит, на месте происшествия было много людей. В ходе осмотра он помогал держать рулетку. Проводилось ли фотографирование, он не знает. В какой момент осматривали кабины автомобилей и высоту бортов <данные изъяты> он не помнит. На габаритные огни <данные изъяты> следователь их внимания не обращал. После составления он подписал схему и протокол. Замечаний по ходу осмотра у него не было.

— свидетель Б.И.В. суду показала: Владельцем автомобиля <данные изъяты> является её муж, который после черепно-мозговой травмы является <данные изъяты>. Поэтому по устной договорённости с Беспаловым Д.А. она передала ему автомобиль и ключи от него для работы по договору аренды. Документы на автомобиль были в кабине. Договор она заключить с Беспаловым Д.А. не успела. Доверенность на Беспалова Д.А. её муж не выписывал. Автомобиль <данные изъяты> был исправен, брат её мужа прошёл технический осмотр. Беспалов Д.А. должен был долить масло или подремонтировать <данные изъяты> Автомобиль <данные изъяты> был застрахован. О произошедшем ей стало известно в день ДТП около <данные изъяты> часов. Как произошла авария она не знает.

— свидетель Б.М.В. суду показал:автомобиль <данные изъяты> принадлежит его брату Б.А.В.. Так как брат получил черепно-мозговую травму и <данные изъяты>, на него (Б.И.В.) выписана генеральная доверенность. Он на машине брата проходил технический осмотр осенью 2008 года. Автомобиль был исправен. В сентябре 2008 года к нему обратился Беспалов Д.А. по вопросу трудоустройства водителем. Он познакомил его с женой брата и та взяла его на работу водителем. Он отогнал Беспалову Д.А. автомобиль <данные изъяты> и сказал, что после оформления договора он будет работать на <данные изъяты>. Документы на автомобиль оставались в салоне <данные изъяты>. О случившемся ДТП ему стало известно около <данные изъяты> часов. Примерно через 20 минут он приехал к месту аварии. Там уже были сотрудники ГАИ, пожарная и следователи. Проводили фотографирование. После ДТП транспортные средства находились по полосе движения по направлению в <адрес> по правой стороне. Следы были только от мотора <данные изъяты> — остались ямы на асфальте. Кабина <данные изъяты> лежала, фары были разбиты. Кабину вырвало мотором и фиксатор, который ограничивает кабину согнуло. Фиксатор старого образца, открывается при ударе. Горели или не горели габаритные огни на <данные изъяты> и <данные изъяты> он внимания не обратил. На прицепа <данные изъяты> борта были наращенными, высотой около полутора метров. В прицепе были плиты, каждая толщиной около 5 см, количество он не знает так как уехал, когда их стали выгружать. Беспалов Д.А. был на месте ДТП и пояснил, что двигался на маленькой передаче, так как перевозил груз и в него сзади врезался <данные изъяты> Грузоподъёмность <данные изъяты> 14 тонн, вес перевозимых канальных плит он не знает. Длина плит 6 метров, длина прицепа 9 метров, по длине они лежали в прицепе. С владельцем груза он не договаривался, в рейс Беспалова Д.А. не направлял. Беспалов Д.А. сказал, что хотел заработать денег.

— свидетель К.А. суду показал:он работает в <данные изъяты> (далее по тексту <данные изъяты>) на погрузчике. Около 02.00 часов по телефону главный инженера <данные изъяты> сообщил ему, что в районе <адрес> произошло ДТП и распорядился выехать к месту аварии на погрузчике, чтобы растянуть автомобили. На месте аварии по направлению в <адрес> был <данные изъяты> с полуприцепом, в заднюю часть которого въехала автомашина <данные изъяты>. Машины стояли на полосе своего движения. У <данные изъяты> была откинута кабина, у <данные изъяты> была разбита кабина и на фуре порван тент. Плиты были сдвинуты на кабину. На габаритные огни он не обратил внимание и не знает, горели они или нет. У <данные изъяты> были небольшие следы юза сзади. Повреждения на асфальте от двигателя. После того, как сняли плиты, он растянул автомашины. Когда он растягивал автомобили, были на них заблокированы колеса или нет, он не знает.

— свидетель С.В.Ю. суду показал:он является собственником полуприцепа. По телефону ему сообщили, что Д.В. попал в серьезное ДТП. Он связался с владельцами автомашины <данные изъяты> и выехал к месту аварии. Приехал уже около 13.00 часов посмотрел на автомашину и полуприцеп. У полуприцепа была вмята передняя стенка, весь каркас ушел вперед, тент был разорван с левой стороны. Тягач восстановлению не подлежит. Затем он поехал к следователю. Ничего конкретного следователь И.В.А. им сообщить не мог. Пояснил, что со слов водителя <данные изъяты> якобы, автомашина <данные изъяты> двигалась по трассе и в него врезался <данные изъяты> Когда они проезжали мимо стоянки, то случайно увидели автомобиль <данные изъяты>. Они его осмотрели, в это время подъехал брат владельца <данные изъяты>, Б.М.В.. Он рассказал, то же самое, что и следователь. Позже по просьбе следователя С.Ю. для проведения следственного эксперимента он помогал найти подходящий автомобиль. При проведении следственного эксперимента едва не произошло ДТП, однако этот факт зафиксирован не был.

— свидетель П.К. суду показал: он временно исполнял обязанности <данные изъяты> и находился на посту. После 12.00 ночи поступила информация, что произошло ДТП, когда это было не помнит. Он выехал на место аварии, совместно с Д.Д., внештатным сотрудником Б.В. и инспектором <данные изъяты>. На месте аварии стоял <данные изъяты> с прицепом, груженый бетонными плитами, сзади него стоял <данные изъяты>, кабина разбитая. Они стояли ровно по правой стороне по ходу движения в направлении <адрес>. На габаритные огни он не обратил внимание. Кабина <данные изъяты> была откинута, в открытом состоянии. Водитель <данные изъяты> находился в шоковом состоянии, пояснил, что ехал медленно и его догнал <данные изъяты>. Видимых повреждений у водителя <данные изъяты> не было. У <данные изъяты> были следы торможения, был выбит асфальт. У <данные изъяты> от удара вырвало двигатель. У <данные изъяты> вырвало всё. Удар произошёл в лобовую часть, от этого удара <данные изъяты> налетел на <данные изъяты>. Машины не могли затем растянуть. Рассоединили только после того, как краном вытащили плиты из полуприцепа. Выбоина на асфальте в результате удара — предполагаемое место столкновения находилось под задней частью полуприцепа <данные изъяты>. Борта <данные изъяты> были с нашивками, плиты по высоте были на одном уровне, не выступали за пределы. Бетонные плиты были сплошные. Заднего борта не было и плиты немного выступали. Длину трала он не знает. Не помнит, горели или нет габаритные огни, знаков аварийных не было.

— свидетель Л.И.Н. суду показал: — примерно в октябре 2008 года, точно не помнит, ему сообщила дежурная часть о происшествии и направила на место ДТП. По прибытии на место он увидел, что на полосе попутного транспорта в сторону <адрес> находится автомобиль <данные изъяты>, гружёный плитами и <данные изъяты>, который въехал в заднюю часть полуприцепа <данные изъяты>. Плиты выходили за борт <данные изъяты>. Он провел фотосъёмку места происшествия. У <данные изъяты> наверное сорвало кабину, так как она была откинута. Оторвало бак, задняя часть кабины была деформирована, двери были закрыты, двигатель целый. При осмотре <данные изъяты> пытались установить, кто в кабине. Кабина была вмята полностью плитами. Часть плит сгрузили краном, после чего стали растаскивать транспортные средства. При этом произошло возгорание двигателя <данные изъяты>. В кабине <данные изъяты> был обнаружен труп мужчины. На асфальте были повреждения, след юза. Следователь производил замер. Водитель <данные изъяты> находился на месте ДТП, ничего пояснить не мог, находился в шоковом состоянии. Видимых повреждений на нём не было. Что говорил водитель <данные изъяты> о том, стоял он или ехал ему неизвестно. Правый задний габарит на <данные изъяты> как ему кажется горел. Другой габарит был разбит. Он фотографировал со всех сторон.

— свидетель Б.С.Н. суду показал: он работает <данные изъяты>. В сентябре-ноябре 2008 года, точнее он не помнит, около 2.00-3.00 часов ему позвонили и вызвали на место ДТП на автодороге «<адрес>». По прибытии на место он увидел, что произошло столкновение автомашин «<данные изъяты>» и <данные изъяты>. Дорога была сухая. <данные изъяты> был загружен стандартными канальными плитами толщиной 6-7 см. В заднюю часть <данные изъяты> въехал <данные изъяты>. Его попросили растащить машины, чтобы вытащить пострадавшего. При ударе колёса <данные изъяты> заблокировались. Приехавшим погрузчиком зацепили <данные изъяты> но растащить машины не получилось, порвали трос. Приехавший кран выгрузил плиты и потом смогли машины разъединить. Потом вытащили пострадавшего. При растаскивании на <данные изъяты> произошло задымление проводки, затем возгорание, которое затушили. Аккумуляторы <данные изъяты> стали сразу отключать. Тормозного пути не было, был след юза уже после момента удара, так как в момент удара двигатель заглох. На асфальте была царапина, возможно от тяги, под тягачом. Транспортные средства чётко стояли по ходу движения. Кабина <данные изъяты> неестественно лежала, как оторвалась. Двери на <данные изъяты> открывали и закрывали. Задние габариты на <данные изъяты> были разбиты, так как при ударе не могли уцелеть.

— свидетель С.Ю. суду показала: она работает следователем СО при ОВД по <адрес>. ДД.ММ.ГГГГ она находилась в составе следственно-оперативной группы. Около 01.00 часа поступило сообщение, что на автодороге «<адрес>» произошло ДТП. По прибытии на место было установлено, что произошло столкновение машин <данные изъяты> и <данные изъяты>. Тормозных путей не было, аварийного знака выставлено не было, габаритные огни на <данные изъяты> не горели. Кабина <данные изъяты> была в откинутом состоянии. Водитель был на месте, ничего пояснить не мог, так как был в шоковом состоянии. Видимых повреждений на нём не было. Она составила протокол осмотра места происшествия, что написала про габаритные огни в протоколе не помнит. С ней был следователь И.В.А. для оказания помощи, но все документы составила она. Кабина <данные изъяты> была в откинутом состоянии, без особых повреждений. Когда она на следующий день опрашивала Беспалова, он говорил, что двигался в сторону <адрес> со скоростью 50 км/ч, почувствовал удар в заднюю часть <данные изъяты>, вышел из машины, увидел произошедшее и вызвал сотрудников. На месте ДТП следов торможения или юза не было, но машины растаскивали и от <данные изъяты> остались следы юза. В ходе осмотра проводилось фотографирование, до окончания осмотра принимали участие понятые, водитель <данные изъяты> присутствовал на месте происшествия. Измерения проводили сотрудники ГАИ, понятые были рядом. Задний борт на прицепе <данные изъяты> был полностью деформирован и был на месте столкновения в кабине <данные изъяты> и на земле. На каком уровне бортов <данные изъяты> были плиты она не может сказать.

— свидетель И.В.А. суду показал: он работал следователем в ОВД по <адрес>. По указанию начальника следствия им был осуществлён выезд на место происшествия для оказания помощи молодому сотруднику С.Ю. По приезду на место происшествия увидел, что автомобиль <данные изъяты> въехал в <данные изъяты> и его кабина полностью деформирована. Они стали проводить осмотр места происшествия, производить замеры, фотосъёмку. Когда растаскивали машины <данные изъяты> загорелся. Оформлением документов занималась С.Ю.. Он не помнит были ли включены или выключены габаритные огни. Коробка и двигатель были деформированы, кабина <данные изъяты>, где спальное сиденье была деформирована. Двигатель <данные изъяты> был тёплый. Верхние плиты были по уровню бортов, они вошли в кабину <данные изъяты>, когда верхние плиты сняли, задний борт был в кабине <данные изъяты> Следов юза и торможения не было. Следы остались только тогда, когда начали растаскивать <данные изъяты> и <данные изъяты>, потащили их. У водителя <данные изъяты> из телесных повреждений был синяк на руке. С водителем <данные изъяты> он не общался. Эвакуацией машин занимались сотрудники ДПС.

— эксперт С.П.И. суду показал,что он работает <данные изъяты>. По заключению экспертизы №, он исследовал две ситуации — если водитель автопоезда «<данные изъяты>» двигался и если автопоезд «<данные изъяты>» стоял. Ситуации подразделены вариант 1 и 2, где при варианте № <данные изъяты> двигался, на нём горели внешние осветительные приборы. В таком случае в действиях водителя данного транспортного средства несоответствия правил дорожного движения не усматривается и предотвращение ДТП с приближающимся сзади транспортным средством от него не зависело. При варианте № автопоезд «<данные изъяты>» стоял, то в данном случае, остановка транспортных средств, согласно пункта 12.1 должна осуществляться на обочине. Там обочина, согласно протокола осмотра места происшествия, и схемы 3,5 метра, достаточно, для того, чтобы съехать на неё. Если же остановка вынуждена по каким-то причинам, — неисправности или ещё что-то не позволяет водителю съехать на обочину, то в таком случае действия водителя регламентированы п. 7.2 «он должен включить свето-аварийную сигнализацию, выставить знак аварийной остановки на расстоянии, обеспечивающем безопасность движения, вне населённых пунктах это расстояние должно быть не менее 30 метров». Применительно к этой ситуации им констатировано, что если водитель автопоезда «<данные изъяты>» осуществлял движение при неисправных и неработающих задних габаритных огнях, то в таком случае его действия будут не соответствовать требованиям п. 1.5 и 2.3.1 Правил дорожного движения, а если остановился на проезжей части при наличии справа обочины 3,5 метра, то и требованиям п.7.2 и 12.1 ПДД. Включение аварийной сигнализации это одна из мер, но недостаточная, ещё необходимо выставлять знак аварийной остановки, но опять же при наличии обочины, как указано в заключении, водитель не должен был останавливаться на проезжей части, а должен был съехать на обочину. Это всё регламентировано п. 7.2 и 12.1 ПДД.

В тёмное время суток в случае остановки, у водителя на автопоезде должны быть включены и аварийная сигнализация, габаритный свет, должен быть выставлен знак аварийной остановки, если этих действий водитель не выполнил, это безусловно создаёт для других участников движения, в тёмное время суток, опасность для движения. В такой ситуации действия водителя «<данные изъяты>» будут не соответствовать перечисленным в заключении п. 1.5, 2.3.1, 7.2 и 12.1 ПДД, и невыполнение этих правил с технической точки зрения, как условия, создающие опасность для движения, будет находиться в причинной связи с фактом ДТП. Действия водителя автопоезда «<данные изъяты>», если он располагал технической возможностью предотвратить ДТП, путем принятия торможения, как это предусмотрено ПДД, с технической точки зрения находятся в причинной связи с фактом ДТП. Если же установлено, что автопоезд «<данные изъяты>» не располагал технической возможностью, предотвратить ДТП, то в таком случае, в его действия не соответствия не будет усматриваться.

Во всех заключениях которые он проводил, в качестве, задаваемых экспертам обстоятельств фигурировали разные видимости и возможности обнаружения автопоезда «<данные изъяты>», — препятствия на дороге. Была неопределенность с точки зрения скорости движения, так как следствием в постановлении не задавалась скорость движения автопоезда «<данные изъяты>». В связи с чем и однозначно экспертная оценка действий данного водителя, независимо от ситуации, стоял или двигался с включенными или выключенными габаритами, эксперт не смог дать из-за неопределённости исходных данных.

Существует научно-обоснованная апробированная методика определения скорости движения экспертным путём, при наличии следов торможения. Только по характеру повреждения транспортных средств установить скорость движения не представляется возможным, тем более в данной конкретной ситуации, контактировали такие объемные транспортные средства.

Если автомобиль «<данные изъяты>» стоял и у него были заблокированы колёса, при ударе у <данные изъяты> будут следы юза, так как продвигая «<данные изъяты>» идёт отображение следа юза. Протаскивая автопоезд отображается след юза, тем более на сухом покрытии, как в данном случае, и такие массивные транспортные средства. На легковой автомашине колесо может подпрыгнуть от удара, но здесь идёт смещение, и отображение следа юза должно быть. Если автомобиль «<данные изъяты>» въезжает в движущийся «<данные изъяты>», след юза будет, если идет нарушение герметичности системы трубопровода системы торможения, то есть падение давления, соответственно идет принудительное срабатывание энергоаккумуляторов на колеса и они блокируются. Взаимосвязь отображения следа юза будет в первую очередь зависеть ещё от нарушения герметичности воздушной системы. В принципе исключить такую возможность отображения следа юза нельзя, но как обязательное условие должно быть это нарушение герметичности. Сложность анализа экспертной оценки состоит в том, что «<данные изъяты>» в последующем отодвигался, поэтому могло быть наложение следа.

В постановлении о назначении экспертизы не указана масса груза автопоездов. Поэтому данный вопрос о причинной связи перегруза с ДТП не корректен. Развитие данной ситуации зависело от того горели ли огни или нет, двигался или стоял автомобиль, но никак не от перегруза. Перегруз можно рассматривать, как находящийся в причинной связи с не исправностью. Если была вынужденная остановка, тогда можно анализировать перегруз, в чём он повлиял на неисправность. По тем материалам, которые поступили в распоряжение эксперта, факт перегруза установлен или нет, он не знает.

Автотехническая экспертиза по своей природе это ситуационный вид исследования, и она взаимосвязана с дорожно-транспортной ситуацией, предшествующей ДТП. Применительно к рассматриваемому заключению, исходные данные были положены те, которое заданы следствием в постановлении о назначении экспертизы, и применительно к ним экспертом было дано заключение. Основные данные эксперты берут из постановления. Так же эксперт может исследовать схему происшествия, протокол осмотра ДТП, но только в той части информации, которая необходима для ответа на поставленный следствием вопрос. В постановлении о назначении экспертизы приводятся данные следственного эксперимента как при включенных габаритных огнях, так и при выключенных габаритных огнях, следствие задает вариацию. Эксперт исходил из того, что ему было задано следствием.

Стоял «<данные изъяты>» или двигался, экспертным путём определить и однозначно утверждать нельзя. В экспертной практике, чётко определены критерии определения. Это может быть что-то осыпавшееся — земля, или ещё что-то. Если исходить из следов, которые запечатлены на фото, то однозначно утверждать нельзя, так как имеется много неясностей. Явных признаков не имеется.

— эксперт А.Л.В. суду показала,что она работает <данные изъяты>. Она может только предположить, что не исключена возможность того, что Беспалов Д.А. мог получить телесные повреждения находясь за рулём <данные изъяты>, когда он стоял или двигался в момент удара в задний борт автопоездом. При падении из движущегося автопоезда может быть много телесных повреждений. Сначала травма внутри салона, потом при падении, скольжении по грунту, ссадины, переломы, раны, травмы, кровоподтёки, тем более высота около полутора метров. При наезде автомобиля на автомобиль обычно возможны травмы шейного и поясничного отделов позвоночника, коленных суставов. Водитель <данные изъяты> также мог получить указанные телесные повреждения при столкновении.

— свидетель К.И. суду показал: он работает водителем <данные изъяты>. В октябре 2008 года они возвращались с <данные изъяты> Б.С., после сдачи отчётов из <адрес>. В районе <адрес> на проезжей части стоял «<данные изъяты>», который он увидел, когда проехала встречная автомашина, и в свете фар он увидел впереди какую-то тень, примерно в 50-ти метрах. Он стал тормозить и остановился примерно в 5-ти метрах от «<данные изъяты>». Габариты на нём были выключены, знака аварийной остановки не было, водителя так же не было. «<данные изъяты>» стоял на проезжей части по ходу их следования. На каком километре это было он не помнит, государственный номер он не видел. Кабина «<данные изъяты>» была красного или тёмно-красного цвета, откинута не была. В полуприцепе «<данные изъяты>» находились бетонные плиты, высотой с борт. Плиты он видел, когда объезжал <данные изъяты>. За пределы прицепа они не выступали. В районе <адрес> он обгонял какой-то большой грузовик, марку не знает, с полуприцепом, тентованный.

— свидетель Г.Р.А. суду показал: в сентябре 2008 года он приобрёл автомобиль «<данные изъяты>» и сдал его в аренду транспортному предприятию. Там работал по трудовому договору водитель Д.Н.В.. ДД.ММ.ГГГГ м. он встретился с Д.Н.В.. Они обсудили маршрут, который был тому известен, так как Д.Н.В. около года по данному маршруту возил бытовую технику в <адрес>. Он предложил Д.В. переночевать в <адрес> или доехать до <адрес> и заночевать на посту. Д.Н.В. пояснил, что он весь день спал, пока загружали автомашину. Вечером в 23 ч. 30 м. он позвонил Д.В., тот сказал, что в <адрес> решит ехать в <адрес> или ночевать на посту. На следующий день рано утром ему позвонили из <адрес> и сказали, что автомобиль попал в ДТП. К месту аварии они приехали около 12.00 часов. Прицеп стоял около поста ДПС, а машина лежала в кювете напротив поста ДПС. В машине тахограф был разбит. Бумажного диска, на который записывается вся информация, не было. Они хотели считать информацию с тахографа, чтобы прояснить ситуацию. Следователь пояснил, что автомашина загорелась, и поэтому тахограф был поврежден. Д.Н.В. был один из лучших и опытнейших водителей.

— эксперт Д.И.В. суду показала,что она работает <данные изъяты>. Она проводила исследование в рамках металловедческой экспертизы и разрешала вопрос имелись или не имелись повреждения на запорных устройствах кабины <данные изъяты>. Исследовала она два запорных устройства — правое и левое, страховочное запорное устройство она не исследовала. На исследованных ею запорных устройствах повреждений нет, они были целые. Открыться без повреждений запорные устройства не могли из-за конструктивных особенностей, хотя бы царапины должны были остаться.

— свидетель Н. суду показал, что ДД.ММ.ГГГГ он договорился с подсудимым о перевозке из <адрес> 20 бетонных плит. Подсудимый работал на автомобиле <данные изъяты>, принадлежащем Б.А.В.. Однако перевозками занимался Б.А.В. Б.М.В., так как Б.А.В. болен. Подсудимый сказал стоимость перевозки плит <данные изъяты> рублей. Он дал ему <данные изъяты> рублей на солярку, сообщил в <адрес> адрес, где забрать плиты. Плиты были длиной 6 м., шириной 1,5 м., толщиной 5 см., весом 1 000 кг.-1250 кг. каждая. Поэтому их необходимо перевозить в трале, это безопасно. Борта полуприцепа были высокие около 2-х метров. О том, что произошло ДТП он узнал ДД.ММ.ГГГГ около 9.00 часов. Обстоятельства ДТП ему неизвестны. На место ДТП он не ездил. После аварии он осматривал <данные изъяты>, была согнута рама, задний борт сорван, кабина была откинута, состояние фонарей он не помнит.

В судебном заседании с согласия сторон были оглашены показания свидетеля К.М.Г. о том, что примерно в начале октября 2008 года, точное число он не помнит, около <данные изъяты> минут он ехал на служебном транспорте из <адрес> в <адрес>. Примерно за 5 км. до <адрес> он обратил внимание, что стояли сотрудники ГИБДД, которые показывали объезд по левой стороне обочины. Проезжая мимо них, он обратил внимание, что на проезжей части автодороги на попутной полосе, то есть в сторону <адрес> стояла автомашина <данные изъяты>, груженая плитами, а сзади была другая грузовая машина (фура) с разбитой кабиной. Он проехал их и направился в сторону поста ГИБДД в <адрес>. Там его остановили сотрудники ГИБДД, уточнили видел ли он ДТП на дороге, получив утвердительный ответ предложили записать его в качестве понятого, пояснив, что заполняют протокол направления на медицинское освидетельствование водителя <данные изъяты>. Он расписался в протоколе, после чего продолжил движение. Другие обстоятельства ДТП ему неизвестны. Проезжая место ДТП он не обращал внимание горели или нет габаритные огни на <данные изъяты>, так как не останавливался на месте ДТП. (том № л.д.36-38)

— свидетель М.М. суду показал, что он работает <данные изъяты>. По дорожно-транспортному происшествию в котором обвиняется Беспалов Д.А. пояснил, что в то время он ещё не работал в <данные изъяты>, трудоустраивался. Ездил с <данные изъяты> Б.С. и водителем <данные изъяты> К.И. в <адрес>. Назад из <адрес> выехали поздно. В <адрес> были около полуночи. Он сидел на заднем сиденье и заснул. Проснулся от резкого торможения. На дороге увидел примерно в 30 метрах грузовой автомобиль, который стоял. К.И. полностью остановился, не доезжая до этого автомобиля несколько метров и объехал его с левой стороны. Это было примерно в 7 км. от <адрес>, около <данные изъяты> мин. Марку и цвет кабины этого автомобиля он не помнит. Автомобиль стоял на проезжей части по стороне попутного движения. Он не видел, чтобы габаритные огни горели. Знак аварийной остановки и номер транспортного средства он тоже не видел. Автомобиль был загружен плитами. Плиты было видно со стороны заднего борта, который был закрыт. Боковые борта были высокие. Кабина автомобиля была в рабочем положении. Водителя в салоне или рядом с этой машиной он не видел. Цвет прицепа он не помнит. После того, как они объехали эту автомашину и двигались к посту ГИБДД он не помнит, попадались ли им автомобили. Позже ему стало известно, что на территории района произошло серьёзное ДТП. В ходе предварительного следствия его не допрашивали, по какой причине он не знает.

Также были изучены следующие материалы дела:

— рапорт от ДД.ММ.ГГГГ следователя СО при ОВД по <адрес>, зарегистрированный за №, согласно которому ДД.ММ.ГГГГ в <данные изъяты>. на <данные изъяты> автодороги «<адрес>» произошло ДТП с участием автомобиля <данные изъяты> № регион под управлением Д.В. и автомобиля <данные изъяты> № регион, под управлением Беспалова Д.А. В результате ДТП Д.В.. погиб на месте происшествия. (том № л.д.4);

— протокол осмотра места происшествия и фототаблица к нему, согласно которому ДД.ММ.ГГГГ с <данные изъяты> часов произведён осмотр участка автодороги «<адрес>» на <данные изъяты>., на котором произошло дорожно-транспортное происшествие с участием а/м «<данные изъяты>» № регион и автомобиля «<данные изъяты>» № регион с полуприцепом г/н № регион. (том № л.д.5-17)

— протокол о направлении на медицинское освидетельствование Беспалова Д.А. (том № л.д.18)

— протокол дополнительного осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ. (том № л.д. 55-57);

— заключение эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, из выводов которого следует, что если автопоезд «<данные изъяты>» двигался, и на нём работали (горели) внешние осветительные приборы (задние габариты), то в таком случае, в действиях водителя данного транспортного средства несоответствия требованиям ПДД РФ не усматривается и от его действий предотвращение ДТП не зависело. В указанной ситуации техническая возможность предотвращения ДТП зависело только от действий водителя автопоезда «<данные изъяты>», и такой возможностью он объективно располагал, путём своевременного выполнения требований пунктов 1.5, 9.10 и 10.1 ПДД РФ. Действия водителя автопоезда «<данные изъяты>» в рассматриваемой ситуации не будут соответствовать требованиям указанных пунктов 1.5, 9.10 и 10.1 ПДД РФ. Если водитель автопоезда «<данные изъяты>» осуществлял движения при неисправных, не работающих задних габаритных огнях, то в таком случае его действия будут не соответствовать требованиям пунктов 1.5, 2.3.1 ПДД РФ, а если остановился вне населённого пункта на проезжей части (при наличии справа обочины в 3,5 м.), то и требованиям пунктов 7.2, 12.1 ПДД РФ. (том № л.д. 88-90)

— протокол осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому с полуприцепа автомобиля <данные изъяты>, расположенного на автостоянке по <адрес> в <адрес> сняты лампочки габаритных огней, с левой и правой фары, изъяты и упакованы. Две повреждённые лампочки упакованы в пакет №. Две неповреждённые лампочки упакованы в пакет №. (том № л.д.94-96)

— заключение эксперта № (экспертиза трупа) от ДД.ММ.ГГГГ судебно-медицинского эксперта <адрес>, из выводов которого следует, что причиной смерти Д.В., <данные изъяты> года рождения явилась сочетанная тупая травма головы и туловища с грубыми повреждениями жизненно важных органов (костей черепа и головного мозга, легких, печени, селезёнки, поджелудочной железы, почек, желудка, отделов кишечника и его брыжейки). Эти повреждения могли возникнуть от воздействия твердого тупого предмета (предметов), прижизненные, повлекли за собой тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, находятся в прямой причинной связи со смертью. Обнаружены телесные повреждения в виде: множественных двусторонних переломов ребер, грудины, поясничного перелома позвоночника, костей таза, переломо-вывиха правого лучезапястного сустава, разрывов куполов диафрагмы; множественных поверхностных продольных резаных ран лица, туловища, конечностей; рваных ран в области правой голени, первого пальца правой стопы; множественных ссадин на тыльной поверхности кистей, передней поверхности бедер и голеней. По степени выраженности трупных явлений смерть могла наступить за 8-16 часов до момента исследования трупа, возможно ДД.ММ.ГГГГ (том № л.д. 141-145)

— заключение эксперта № (экспертиза свидетельствуемого) от ДД.ММ.ГГГГ, из выводов которой следует, что у Беспалова Д.А., <данные изъяты> года рождения обнаружено телесное повреждение в виде ссадины на наружной поверхности левого локтевого сустава. Это повреждение могло возникнуть как от ударного воздействия твердого тупого предмета, так и при падении на таковой, возможно в указанный срок, квалифицируется как не влекущее за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности, расценивается как повреждение, не причинившее вред здоровью человека. Имеющееся телесное повреждение (обособлено) не является характерным для данного вида транспортной травмы, оно могло образоваться и при других обстоятельствах. (том № л.д.147-149)

— заключение эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ по произведенной им криминалистической экспертизе материалов, веществ и изделий, из выводов которой следует, что установить, горели или не горели электролампы габаритных огней с целыми стеклянными колбами, изъятыми с полуприцепа автомобиля <данные изъяты> гос.номер <данные изъяты> не представляется возможным, так как они находятся в исправном рабочем состоянии. Установить, горела или не горела электролампа № габаритного освещения с разрушенной стеклянной колбой, изъятой с полуприцепа автомобиля <данные изъяты> гос.номер <данные изъяты>, не представляется возможным, так как утрачены детали — в частности нить накаливания, несущие информацию о состоянии электролампы. Электролампа № габаритного освещения с разрушенной стеклянной колбой, изъятой с полуприцепа автомобиля <данные изъяты> гос.номер <данные изъяты> в момент разрушения не горела. (том № л.д.153-155);

— заключение эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ по произведенной им автотехнической экспертизе, из выводов которой следует, что если автопоезд «<данные изъяты>» двигался, и на нём работали (горели) внешние осветительные приборы (задние габариты), то в таком случае, в действиях водителя данного транспортного средства несоответствия требованиям ПДД РФ не усматривается и от его действий предотвращение ДТП не зависело. В указанной ситуации техническая возможность предотвращения ДТП зависела только от действий водителя автопоезда «<данные изъяты>», и такой возможностью он объективно располагал, путём своевременного выполнения требований пунктов 1.5, 9.10 и 10.1 ПДД РФ. Действия водителя автопоезда «<данные изъяты>» в рассматриваемой ситуации не будут соответствовать требованиям указанных пунктов 1.5, 9.10 и 10.1 ПДД РФ. Если водитель автопоезда «<данные изъяты>» осуществлял движения при неисправных, не работающих задних габаритных огнях, то в таком случае его действия будут не соответствовать требованиям пунктов 1.5, 2.3.1 ПДД РФ, а если остановился вне населённого пункта на проезжей части (при наличии справа обочины в 3,5 м.), то и требованиям пунктов 7.2, 12.1 ПДД РФ. По представленным обстоятельствам, нет оснований указывающих, что перегруз автопоезда «<данные изъяты>» находится в причинной связи с фактом столкновения.(том № л.д.205-208);

— заключение эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ по произведённой им криминалистической экспертизе материалов, веществ и изделий из выводов которой следует, что на запорных устройствах (левое и правое) кабины автомобиля <данные изъяты> государственный номер <данные изъяты> повреждений не имеется. (том № л.д.211-214);

— заключение эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ по произведенной им дополнительной автотехнической экспертизы из выводов которой следует, что в отсутствие в экспертной практике научно обоснованных и апробированных методик позволяющих устанавливать затраты кинетической энергии по повреждениям транспортных средств дать ответы на поставленные вопросы о скорости движения а/м «<данные изъяты>» № и а/м «<данные изъяты>» № не представляется возможным. Применительно к рассматриваемому ДТП (произошло в тёмное время суток) момент возникновения опасности взаимосвязан с моментом обнаружения водителем автопоезда «<данные изъяты>» автопоезда «<данные изъяты>» на пути следования и соответственно с установлением расстояния, которое разделяло транспортные средства в этот момент. В отношении данных обстоятельств имеется неопределённости, а потому данные вопросы могут быть разрешены только при правовом анализе собранных доказательств со стороны судебно-следственных органов. Вариант №. Если автопоезд «<данные изъяты>» двигался, и на нём работали (горели) внешние осветительные приборы (задние габариты), то в таком случае, в действиях водителя данного транспортного средства несоответствия требованиям ПДД РФ не усматриваются, и от его действий предотвращение ДТП не зависело. В указанной ситуации техническая возможность предотвращения ДТП зависела только от действий водителя автопоезда «<данные изъяты>», и такой возможностью он объективно располагал, путём своевременного выполнения требований пунктов 1,5, 9.10 и 10.1 ПДД РФ. Действия водителя автопоезда «<данные изъяты>» в рассматриваемой ситуации будут не соответствовать требованиям указанных пунктов 1,5, 9.10 и 10.1 ПДД РФ. Вариант № Если водитель автопоезда «<данные изъяты>» осуществлял движение при неисправных, не работающих задних габаритных огней, то в таком случае его действия будут не соответствовать требованиям пунктов 1.5, 2.3.1 ПДД РФ, а если остановился на проезжей части (при наличии обочины в 3,5 м.), то и требованиям пунктов 7.2, 12.1. ПДД РФ. В исследуемой ситуации (на автопоезде «<данные изъяты>» не работали, не горели задние габаритные огни, огни аварийной световой сигнализации) водитель автомобиля «<данные изъяты>» при возникновении опасности, которую в состоянии был обнаружить, должен был действовать в соответствии с требованиями пункта 10.1 (часть 2) ПДД РФ, а именно, принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства. Дать однозначную экспертную оценку действия водителя автопоезда «<данные изъяты>» на предмет соответствия их требованиям ПДД РФ, а также установить наличие (отсутствие) у него технической возможности предотвратить ДТП не представилось возможным. Что касается возможности осуществления со стороны водителя автопоезда «<данные изъяты>» объезда автопоезда «<данные изъяты>», то ПДД РФ в качестве мер по предотвращению ДТП регламентируют только снижение скорости (манёвр как мера предотвращения ДТП не предусмотрен). (том № л.д.132-135);

— заключение эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ по произведённой им криминалистической экспертизе материалов, веществ и изделий из выводов которой следует, что на запорных устройствах (левое и правое) кабины автомобиля <данные изъяты> государственный регистрационный номер <данные изъяты> повреждений не имеется. (том № л.д.139-140);

— протокол осмотра предметов — электроламп от ДД.ММ.ГГГГ (том № л.д.193-194)

— постановление о приобщении вещественных доказательств — 4 электролампы с полуприцепа автомобиля <данные изъяты> (том № л.д.195);

— протокол осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ — автомобиля «<данные изъяты>» № регион (том № л.д.53-61);

— постановление о приобщении вещественных доказательств от ДД.ММ.ГГГГ автомобиля «<данные изъяты>» № регион (том № л.д.62);

— протокол осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ — автомобиля «<данные изъяты>» № регион (том № л.д.65-67);

— постановление о признании и приобщении вещественных доказательств — автомобиля «<данные изъяты>» № регион (том № л.д.68)

Обязательным условием уголовной ответственности за преступление предусмотренное ст. 264 УК РФ с объективной стороны — является наличие причинно следственной связи между смешанным бездействием водителя нарушившего Правила дорожного движения РФ, и эксплуатацию транспортных средств, и наступившими общественно опасными последствиями.

Оценивая приведенные доказательства в совокупности, суд считает, что обвинение не представило доказательств, которые бы позволили суду сделать однозначный вывод о том, что Беспалов Д.А. совершил вменённое ему преступление.

Кроме того, изученными доказательствами стороны обвинения, а также доказательствами, представленными стороной защиты достоверно подтверждены, и судом установлены следующие обстоятельства дела: ДД.ММ.ГГГГ около <данные изъяты> часа на автодороге «<адрес>» на <данные изъяты> произошло попутное столкновение транспортных средств, двигавшихся по направлению к <адрес> — автомобиля «<данные изъяты>», государственный регистрационный номер <данные изъяты> регион, с прицепом <данные изъяты>, под управлением водителя Беспалова Д.А. и двигавшегося следом за ним автомобиля «<данные изъяты>» государственный регистрационный номер <данные изъяты> регион, с прицепом государственный регистрационный номер <данные изъяты> регион, под управлением Д.В. В результате указанного дорожно-транспортного происшествия водитель автомобиля <данные изъяты> Д.В.. получил телесные повреждения, от которых скончался на месте происшествия.

В судебном заседании подсудимый Беспалов Д.А. утверждал, что в заднюю часть автомобиля <данные изъяты> под его управлением автомобиль <данные изъяты> врезался в тот момент, когда он со скоростью около 30 км/ч двигался в сторону <адрес>. Эти показания подсудимого представленными стороной обвинения доказательствами не опровергнуты. Более того, показания свидетелей Б.В., Б.М.В., П.К., С.Ю., которые общались непосредственно после ДТП с Беспаловым Д.А. подтверждают, что он сразу сообщил, что столкновение автомобилей произошло именно во время движения транспортных средств. Из показаний эксперта С.П.И. следует, что экспертным путём не определено, двигался в момент столкновения автомобиль <данные изъяты> под управлением Беспалова Д.А., или стоял. Так как в связи с тем, что автомобили растаскивали, следов, по которым возможно это достоверно установить, — не зафиксировано.

Анализируя показания всех свидетелей, представленных стороной обвинения как доказательство вины Беспалова Д.А., суд приходит к выводу, что ни одно из них не может являться отдельным доказательством, подтверждающим обвинение.

Ни один из допрошенных свидетелей не являлся очевидцем указанного дорожно-транспортного происшествия. В судебном заседании свидетели лишь поясняли о порядке проведённого осмотра места дорожно-транспортного происшествия, об обстоятельствах, которые им стали известны либо от самого подсудимого, либо в результате выполнения своих служебных обязанностей, и их показания не опровергают доводы подсудимого.

К показаниям свидетеля С.Ю. в части того, что при осмотре места дорожно-транспортного происшествия габаритные огни на <данные изъяты> не горели, суд относится критически, так как данный свидетель является сотрудником милиции, который непосредственно участвовал в расследовании уголовного дела, а поэтому является лицом, заинтересованным в исходе дела. Эти показания свидетеля С.Ю. опровергаются как показаниями свидетеля Л.И.Н., так и объективными сведениями из протокола осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, составленном самой С.Ю. Согласно указанному протоколу (том № л.д.8): «на момент осмотра на автомобиле <данные изъяты> горит правый задний габаритный фонарь». Данный факт зафиксирован и на фотографии № фототаблицы — приложения к осмотру места происшествия. (том № л.д.17)

Показания свидетелей К.И. и М.М., который был допрошен только в судебном заседании по ходатайству стороны обвинения фактически через 2 года после произошедших событий не могут быть положены судом в основу обвинительного приговора. Указанные свидетели не являлись очевидцами ДТП. Из показаний свидетеля К.И. следует, что он видел стоящий на проезжей части автомобиль <данные изъяты> с кабиной красного цвета, гружёный плитами. Государственный номер этого автомобиля он не видел. На указанном автомобиле были выключены габаритные огни, знак аварийной остановки отсутствовал. Из показаний К.И. следует, что он в автомобиле был с <данные изъяты> Б.С. О том, что в автомобиле в это время также находился не работавший в то время в <данные изъяты> М.М., К.И. не сообщил. Свидетель М.М. вообще не смог назвать модель, цвет кабины автомобиля, государственный номерной знак автомобиля, который был загружен плитами и стоял на проезжей части. Таким образом, в показаниях свидетелей К.И. и М.М. не содержится сведений позволяющих бесспорно идентифицировать увиденный ими грузовой автомобиль.

Оценивая заключение эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ на которое ссылается обвинение как на доказательство, суд приходит к выводу, что данное доказательство не подтверждает, что в момент ДТП габаритные огни на полуприцепе <данные изъяты> не горели, так как эксперт в своих выводах указал, что 2 лампочки с целыми стеклянными колбами находятся в исправном состоянии, а установить, горела или нет электролампа № с разрушенной стеклянной колбой, не представляется возможным, так как утрачены детали, в частности нить накаливания, несущая информацию о состоянии электролампы. Электролампа № с разрушенной стеклянной колбой, в момент разрушения не горела. Между тем эксперт при даче указанного заключения был лишён возможности определить с какого именно габаритного фонаря (левого или правого) были изъяты в ходе осмотра места происшествия ДД.ММ.ГГГГ (том № л.д.94-96) представленные для исследования электролампочки. Исправность габаритного освещения полуприцепа <данные изъяты> подтверждается протоколом осмотра места происшествия, в котором зафиксировано, что правый габаритный фонарь на момент осмотра горит. Кроме того, в судебном заседании было достоверно установлено, что автомобиль <данные изъяты> государственный регистрационный номер <данные изъяты> регион, с прицепом <данные изъяты> прошёл государственный технический осмотр, в ходе которого проверяется соответствие автомобиля требованиям безопасности дорожного движения, в том числе и исправность осветительных приборов.

Органом предварительного следствия Беспалову Д.А. вменено, что он в нарушение Правил дорожного движения РФ при наличии обочины остановил автомобиль на проезжей части дороги, не выставил знак аварийной остановки, не включил аварийную сигнализацию. В судебном заседании было установлено, что автомобиль <данные изъяты> под управлением Беспалова Д.А. в момент столкновения с автомобилем <данные изъяты> двигался с включенным габаритным освещением, что исключает само по себе требования к включению аварийной сигнализации, и применению знака аварийной остановки. Согласно осмотру места дорожно-транспортного происшествия, произведенному непосредственно после дорожно-транспортного происшествия на автомобиле <данные изъяты> были включены габаритные огни.

Не имеет доказательственного значения для обвинения Беспалова Д.А. в совершенном преступлении и заключения эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ по произведённой криминалистической экспертизе материалов, веществ и изделий из выводов которой следует, что на запорных устройствах (левое и правое) кабины автомобиля <данные изъяты> государственный регистрационный номер <данные изъяты> повреждений не имеется. Страховочное устройство (фиксатор) кабины эксперту для исследования не представлялось. Сам Беспалов Д.А. утверждает, что открыл запорные устройства и откинул кабину <данные изъяты> уже после дорожно-транспортного происшествия и кабина упала, так как её не держал фиксатор (страховочное устройство). Это объясняет отсутствие повреждений на исследуемых экспертом запорных устройствах.

Выводы судебно-медицинской экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которым обнаруженное у Беспалова Д.А. телесное повреждение в виде ссадины на наружной поверхности левого локтевого сустава могло возникнуть как от ударного воздействия твердого тупого предмета, так и при падении на таковой и обособлено не является характерным для транспортной травмы при столкновении, носит предположительный характер, не исключает возможность получения Беспаловым Д.А. имеющегося у того телесного повреждения в результате дорожно-транспортного происшествия. В связи с чем указанное заключение № не может являться доказательством виновности Беспалова Д.А. в инкриминируемом ему деянии.

Заключения автотехнических экспертиз № № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, представленные обвинением как доказательства виновности Беспалова Д.А. не содержат бесспорных и однозначных выводов о нарушении Беспаловым Д.А. Правил дорожного движения РФ, в результате чего погиб Д.В. Так, согласно исследовательской части указанных заключений, на основании представленных следователем исходных данных рассматривались два варианта развития событий имевших место ДД.ММ.ГГГГ. Это первый вариант — когда автопоезд <данные изъяты> двигался и на нём работали задние габаритные огни и второй вариант — когда автопоезд <данные изъяты> стоял и на нём не работали габаритные огни. При первом варианте в действиях водителя автопоезда <данные изъяты> Беспалова Д.А. несоответствия требованиям Правил дорожного движения РФ не усматривается и от его действий предотвращение дорожно-транспортного происшествия не зависело. При втором варианте, если водитель автопоезда «<данные изъяты>» Беспалов Д.А. осуществлял движение при неисправных, не работающих задних габаритных огнях, то в таком случае его действия не соответствовали требованиям пунктов 1.5, 2.3.1 Правил дорожного движения РФ, а если остановился на проезжей части (при наличии обочины в 3,5 м.), то и требованиям пунктов 7.2, 12.1. Правил дорожного движения РФ.

В ходе судебного разбирательства вариант при котором автопоезд <данные изъяты> двигался с выключенными габаритными огнями или стоял и на нём габаритные огни не работали, не нашёл своего подтверждения, так как обвинением объективных доказательств указанных фактов не представлено, а представленные обвинением и изученные судом доказательства носят только предположительный характер. Исходя из принципа презумпции невиновности, предположение не может быть положено в основу обвинения. Изученные в судебном заседании протоколы осмотра четырёх электролампочек, автомобиля <данные изъяты> № регион, автомобиля <данные изъяты> № регион, постановления о признании и приобщении их в качестве вещественных доказательств по делу, как отдельные доказательства не могут быть положены в основу обвинения и оценены судом в совокупности со всеми доказательствами.

Таким образом, представленные стороной обвинения доказательства не свидетельствуют о виновности Беспалова Д.А. в инкриминируемом ему нарушении п.п.1.5, 2.3.1, 7.2, 12.1 Правил дорожного движения РФ, повлекших по неосторожности смерть Д.В.

Каких-либо других убедительных доказательств, стороной обвинения в судебном заседании не представлено.

Согласно ст.49 Конституции РФ, неустранимые сомнения в виновности подсудимого толкуются в его пользу. По смыслу закона в пользу подсудимого толкуются не только неустранимые сомнения в его виновности в целом, но и неустранимые сомнения, касающиеся отдельных эпизодов предъявленного обвинения, формы вины, степени и характера участия в совершении преступления, смягчающих и отягчающих ответственность обстоятельств.

Учитывая вышеизложенное, суд приходит к выводу о том, что Беспалов Д.А. подлежит оправданию на основании ст.24 ч.1 п.2 УПК РФ в связи с отсутствием в деянии состава преступления, предусмотренного ч.2 ст. 264 УК РФ.

Гражданский иск по делу не заявлен.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 302-306, 309 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ:

Беспалова Дмитрия Александровича по предъявленному обвинению в совершении преступления предусмотренного ч.2 ст. 264 УК РФ — оправдать, на основании п.2 ч.1 ст. 24 УПК РФ за отсутствием в деянии состава преступления.

Меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, — отменить.

Гражданский иск по делу не заявлен.

Суд признает право Беспалова Д.А. на реабилитацию. Реабилитация включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда. Для разрешения указанных вопросов Беспалов Д.А. вправе обратиться в суд в порядке гражданского судопроизводства и в порядке, разрешения вопросов связанных с исполнением приговора, предусмотренном ст. 399 УПК РФ.

Вещественные доказательства по делу:

— 4 электролампы хранить при материалах дела, по вступлении приговора в законную силу уничтожить;

— автомобиль <данные изъяты> государственный регистрационный номер № регион (том № л.д.62, том № л.д.42), оставить по принадлежности;

— автомобиль <данные изъяты> государственный регистрационный номер № регион (том № л.д.68, том № л.д.43), оставить по принадлежности;

Приговор может быть обжалован в кассационном порядке в Ростовский областной суд через Зимовниковский районный суд Ростовской области в течение 10 суток со дня его провозглашения. В случае подачи кассационной жалобы оправданный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции, с указанием об этом в кассационной жалобе.

Приговор напечатан в совещательной комнате.

Судья Бондарев А.Г.

Юридический блог Об Адвокатуре

Решение на сайте суда: http://zimovnikovsky.ros.sudrf.ru/modules.php?name=bsr&op=print_text&cl=1&id=61600341012241458494531000057456

Если вам понравился пост, вы можете оставить комментарий или подписаться на RSS и получать каждый новый пост из этого блога.

Комментарии

Еще никто не комментировал.

Оставьте комментарий

(required)

(required)